Главная / Практический опыт / Особенности Мессианского служения (часть 4)

Особенности Мессианского служения (часть 4)

Пути и виды служения евреям. Евангелизация евреев

Пастор Келдыш Фаина, г. Бердичев: «Когда начиналось наше служение, а это было 10 лет назад, мы с мужем были очень молодыми верующими. Мы покаялись в церкви, и, понятно, что кроме обращения к Богу и покаяния, осознания греха и желания жить, как Бог ожидает от нас, мы мало, что знали практически, тем более, в еврейском служении.

На то время, у нас не было такой хорошей подготовки, как сейчас у многих из вас. Тогда не проходили ретриты и семинары. Нам приходилось начинать служение при-том, что мы хотели служить, мы понимали, что это важный вопрос, но знаний у нас абсолютно никаких не было. Таких знаний, которые бы сильно повлияли на еврейское население нашего города, которые бы просто так воспламенили евреев и они начали каяться, – у нас вообще этих знаний не было. Конечно же, у нас была хорошая возможность приезжать в Киевскую Общину и получать эти знания. Насколько мы могли их получать, мы получали и старались применять.

Община началась с того, что в городе произошел Еврейский Фестиваль. Три дня был Еврейский Фестиваль, и после этого оказалась группа евреев, которые покаялись на самом Фестивале.

У нас были свои планы: мы собирались уезжать, и мы на этом Фестивале служили просто в группе порядка. Все вещи у нас уже были готовы на выезд. Но Еврейский Фестиваль, повлиял на нашу жизнь, потому что мы евреи и еврейский вопрос  нас сильно интересовал. Когда Фестиваль прошел, у нас оказались евреи, которых нужно было чем-то кормить и как-то больше и больше уделять им внимание.

Я не буду больше рассказывать подробности о том времени, факт тот, что мы никуда не поехали. Так получилось, что мы остались с этими людьми, которые сделали первые шаги к своему Мессии.

Нам нужно было что-то делать. Что мы делали? Что видели – то и делали. Что понимали – то и делали. Мы поехали на еврейское захоронение, которое было во время войны. Практические никто не то, что не ухаживал за этим захоронением, но туда никто не ездил, только раз в год перед еврейским праздником Рош ха Шана приезжал кто-то из евреев, дети, которые остались.

Мы собрали группу ребят, нас было не много, мы поехали и навели там порядок. После этого, приехавших евреев и увидевших порядок на захоронении очень заинтересовало: кто же это мог проявить вот такое внимание?

Они начали интересоваться, и первая их версия была, что это синагога сделала. Вторая версия была, что это городские власти сделали. Но потом стало понятно, что какая-то группа молодых ребят из Еврейской Мессианской Общины сделала это. Их, конечно, это очень коснулось. Они начали приходить, интересоваться, что же в нашей жизни такое, что мы на это обратили внимание. Это один из моментов, который мы пробовали, начиная в этом служении.

Еще были такие истории, которые нас побуждали к служению. Например. У нас была одна сестра. Ее лицо ярко выраженной еврейской национальности, она еврейка. Но когда проходил Фестиваль, я ее не видела. И я ей задала вопрос: – Голда, скажи, пожалуйста, три дня был Еврейский Фестиваль, а где ты была? Ты не приходила на этот Фестиваль? Тебя не было?

Она говорит: – Нет, я не пришла.

Я спросила: – А чего же ты не пришла?

– Потому что он еврейский! Она не пришла, чтобы никто не догадался, что она еврейка. Мы поняли, что этот вопрос — вопрос антисемитизма, когда многие евреи не хотят, чтобы их признали, что они евреи. В нашем городе, хоть это и такой еврейский штетл, где, казалось бы, не может быть подобных крайностей, они существовали.

Мы поняли, что если открыто говорить о том, что мы евреи – это будет многим помогать выходить из этого закрытого состояния, из страха быть признанным, что ты из еврейского народа.

Мы начали проводить наши служения, и в эти служения мы хотели и старались внести открытость, чтобы они были как заявление, – что мы еврейский народ, и мы здесь славим Бога Израиля. Чтобы евреи, которые будут приходить, они видели радость, которой у нас много, и что эта радость от понимания кто мы и Кто наш Бог. Мы хотели, чтобы наша община не была какой-то закрытой организацией, где между собой только перешептываются о еврейской принадлежности, и при этом больше никого  впускают.

Мы начали проводить свои служения очень открыто, в открытой форме, и нам было, где научиться. Мы приезжали в Киевскую Общину, и приобретали разные формы служения. Это открытые Шабаты на улицах по регионам. И домашние Эрев-Шабаты, как такое еврейское место, куда могут прийти евреи.

Мы обратили внимание, что в нашем городе в основном категория евреев – это одинокие люди. Те, которые имеют семьи, имеют общение с семьями, но их родственники многие уехали, а они остались.

Мы поняли, что это категория людей, которых Бог очень хочет спасти. Мы начали служить таким одиноким евреям через различные служения и в частности через Алеф-Клуб, куда они начали приходить, и семейная атмосфера на Алеф-Клубе, действительно давала им возможность почувствовать себя в семье. Мы начали применять все, что может цеплять еврейское сердце, для того, чтобы еврей почувствовал себя как в семье.

Я расскажу о взгляде с двух сторон об одном моменте, который нас научил в то время по Эрев-Шабатам.

Одна крайность

К нам пришла еврейская семья, которая раньше ходили в синагогу. Они знали, как проводят в синагоге все традиции Эрев-Шабата. Когда они пришли к нам и покаялись, мы были счастливые и довольные, что вот, наконец-то, мы сможем по-настоящему, именно по-еврейски, как в синагоге, праздновать Эрев-Шабаты. Мы были счастливы, ведь у нас знаний было мало, хотя я из еврейской семьи, и ходила в синагогу, и я видела многое от своей бабушки. Эта семья была открыта, и их дом был открыт. Но в какой-то момент мы обратили внимание, что очень конкретное придерживание к синагогальному исполнению Эрев-Шабата, к сожалению, не приносит атмосферы настоящей, еврейской Божьей семьи. На этой домашней группе стали происходить какие-то ограничения и мы увидели, что нет свободы и радости, которая должна была быть. Очень четко началось копирование синагогального подхода и все, должны были этому четко следовать. Всем людям, которые приходили на эту группу, было очень тяжело.

Когда мы увидели, что в этой семье что-то есть, мы обрадовались. Но потом мы начали это все менять, так как видели, что попадаем в определенную крайность, и это не приносит того результата, который, по-нашему пониманию хотел делать Бог со Своим народом в этом городе.

Другая крайность.

В начале Общины был такой момент. К нам пришла одна сестра, которая из другой церкви. По ее словам, как она говорила и старалась нам донести, у нее была большая любовь к Израилю. Она говорила о том, как она молится за Израиль, как она хочет, чтобы спасался Израиль. Нас, конечно, тоже это очень сильно зацепило. Потом она предложила нам, будучи не в Мессианской Общине, а в церкви, – хотя у нас на то время было две или три домашние группы, – она предложила свою квартиру для празднования Эрев-Шабат. И мы тоже с радостью согласились. Все было нормально, человек очень открыт к этому вопросу, человек хочет послужить, он молится, предоставляет квартиру достаточно в удобном месте и с удобными условиями, мы тоже этому очень были рады.

Прошло уже какое-то время, и мы столкнулись с тем, что начало происходить на этой домашней группе. Появилась какая-то группка людей, которая, даже при нашем небольшом количестве, была какой-то индивидуальной. Эта женщина должна была предоставлять только квартиру. Руководителем домашней группы был наш брат с еврейским колоритом, достаточно принимаемый еврейским населением. И мы начали интересоваться этой группой. Мы решили пойти на эту домашнюю группу и посмотреть, что же на ней происходит. И что мы увидели на тот момент? Картина была очень интересная: стоял стол, лавочки, и в центре домашней группы сидела эта женщина, сестра из церкви, был включен магнитофон (была очень плохая слышимость), и все люди слушали проповедь какого-то пророка, я уже даже не помню о чем.

А наш служитель был в другой комнате, и он общался с теми, кто нуждался в каком-то ободрении и молитве. Мы поняли, что это что-то не то, что должно быть на Эрев-Шабате в Мессианской Общине. Мы, конечно, начали быстро разбираться с этим вопросом, и все стало на свои места.

Мы увидели, что в Мессианской Общине есть особенность, – не то, чтобы себя перед кем-то превознести, но особенность, которая сильно может привлечь именно наш народ — это еврейская семейная атмосфера и радость. Если это Эрев-Шабат, так это — когда мы общаемся друг с другом, когда мы в радости его встречаем, когда мы знаем, что есть человек, за которого нужно помолиться, и мы молимся за него.

Мы начали двигаться по такой структуре: домашняя группа, как Эрев-Шабат. Это может быть Эрев-Шабат в пятницу, но если у кого-то есть вариант домашнюю группу проводить среди недели, мы тоже проводим. Домашняя группа – это как часть Мессианского служения.

Кроме этого, у нас в общине есть служение Алеф. Во многих Мессианских общинах есть это служение. Это очень еврейское служение, и у нас многие евреи через это служение пришли к Богу и покаялись, и сейчас стали служителями.

Еще, мы проводим для еврейского населения концерты. Это служение очень резко сняло дальнее расстояние между нами и между евреями. Мы стали ближе друг к другу, и на этих Еврейских Концертах, мы больше подружились с нашим еврейским народом.

Был один момент по проведению концертов. Спустя определенное время, проведя какое-то количество концертов, мы обратили внимание, что есть категория людей, которые просто приходят на концерты, и мы были этому тоже рады. И почему-то дальше визита на концерт, никакого контакта не происходило с этой категорией евреев. Мы с ними немного через концерты сблизились, но более доверительных отношений не достигли. Они не хотели начать больше интересоваться Самим Богом, Божьей жизнью.

Многие люди, приходившие на концерт, не хотели приходить на Шабат, потому что для многих евреев это служение было очень духовным, они многого не понимали, и поначалу, это даже их немного оттягивало назад. Но после Алеф-Клуба начали приходить на Шабат.

** Один из однозначно ключевых вопросов по евангелизации – это личные взаимоотношения с одинокими евреями, которые нуждаются. Мы с ними лично знакомимся, и мы лично им служим и общаемся. Если нужно в чем-то послужить – мы стараемся послужить. Если есть возможность говорить – мы стараемся говорить.

Личный контакт – это очень действенно. Мы анализировали свою работу в общине, и обратили внимание, что люди прилепились к общине в основном на личных взаимоотношениях, по личным контактам, по личной евангелизации и это люди, которые сделали однозначно свой выбор. У этих людей есть большое желание идти за Богом, и я думаю, Бог будет открывать возможности, и способности каждого.

Самое главное – не ограничить себя тем, что недостаточно знаний, тем что «я не еврей», что евреи какие-то особенные. Абсолютно нет!

Если есть в сердце понимание любви, сострадания к еврейскому народу — Бог будет поддерживать и помогать входить в это движение. Это служение будет приносить плоды, потому что это Его дело, это время, когда Бог восстанавливает Свой народ, восстанавливает Израиль, а мы просто попали в это. И сели мы будем служить с открытыми сердцами, Бог будет очень сильно действовать, не из-за того, что мы явно способные, но из-за того, что Бог хочет делать.

Даст Бог, будет получаться. Мы делаем ошибки, конечно, есть ошибки. Но после таких ошибок, мы делаем выводы, и стараемся, чтобы, наши ошибки не влияли на жизни людей».

Все материалы, размещенные на сайте Pretreat.in.ua, являются собственностью сайта.
Информация, размещенная на сайте может свободно использоваться для републикации на других ресурсах с обязательным упоминанием сайта и ссылкой на страницу публикации.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

четырнадцать − 4 =